• Будим разум, разгоняем чудовищ •

Настоящий режиссер не будет смаковать что-то нелицеприятное и травить этим зрителя. Зачем? Ты, как режиссер, не хочешь заразить его чем-то плохим. И не будешь снимать то, что вызывает ненависть. Не возненавидеть человек должен после просмотра, а полюбить. Любовь – это самый главный наш ориентир во всем, в отношении к детям, семье, работе, стране и нашему общему дому – планете Земля.

Для чего снимают кино? Сейчас. Судя по телевидению и кинопрокату, создается впечатление, что исключительно для пропаганды пороков, извращений и насилия. Для растлевания человека, разжигания в нем вредных страстей и ненависти. Для того, чтобы загнать зрителя в состояние депрессии и обреченности, оборвать крылья, веру в себя и окунуть поглубже в помоечную жижу низменных чувств. Для убаюкивания разума и призыва чудовищ.

 

Происходит целенаправленный геноцид культурного наследия человечества и методичное понижение уровня культуры целых народов. Где-то в пропасть невежества и откровенного дикарства погружают резко при помощи принудительной демократизации. Из недавнего – Югославия, Ирак, Ливия, Сирия. Где нельзя так, используют технологию Окон Овертона, приучают постепенно к тому, с чем люди никогда не согласились бы, произойди это внезапно. Тихим сапом все доводится до абсурда, и та же толерантность незаметно превращается в успешное и победное давление деструктивного меньшинства на большинство, еще хранящее в себе остатки общечеловеческих ценностей. Уже подготовленный грунт инфицируют национализмом и цветными революциями.

 

Какой фильм не включи, на кинопотребителя обрушивается шквал убойных образов, к которым ему предстоит привыкнуть, смириться с ними, принять и в итоге даже отстаивать право на их существование. В «молодежных комедиях» это эстетизация и пропаганда асоциального поведения, потребления, разврата, алкоголизма и наркомании, унитазный юмор вперемешку с низкопробными пошлыми шутками. В высоколобом фестивальном кино – откровенная чернуха с излишней китчевой натуралистичностью животных проявлений пока еще прямоходящих индивидуумов. Возможно, «элитарные» игровые ленты что-то и обличают, но после них хочется отмыться, и понимаешь, что не получится. Про примитивные боевики с бесконечным насилием, растворяющие мозг мелодрамы, бессмысленные калейдоскопы дорогих спецэффектов в блокбастерах и говорить нечего. Индустрии нужно больше ада и, как следствие, больше убогих и альтернативно одаренных граждан, на которых легко и приятно пилить гешефт.

 

Нынешняя синема – это инструмент расчеловечивания хомо сапиенса, оружие, при помощи которого в нас убивают остатки гуманизма и культуры. В последнее время доминирует кинопродукция с так называемой полуправдой, что еще хуже.
В них классическая вневременная мораль перемешана с чем-то абсолютно неприемлемым. Например, ключевой персонаж – демонстративно-парадный «европеец» с сексуальными отклонениями, совершает вселенский христианский подвиг. Или откровенного уголовника с руками по шею в крови выставляют эдаким лапочкой – санитаром леса. Неоконы, глобальные рабовладельцы захватывают в рабство душу человека, и он, одурманенный иллюзией и ложными ценностями масскульта, с песнями и плясками добровольно скачет безумной жертвой на алтарь буржуазии.

 

Процент населения, у кого четко отлажены внутренние фильтры, способный посмотреть и взять из фильма для себя только нужное и хорошее, пугающе мал. Остальные с разбегу глотают наживку и становятся безвольными куклами в руках манипулятора. Навсегда. Потому что скатиться на дно безнравственности с элементарного уровня четких понятий о добре и зле из детских сказок совсем просто. А вытащить себя из этого болота за волосы могут единицы, учитывая глобальную и непрекращающуюся информационную атаку. Да и дети сейчас не сказки слушают, а в смартфон пальцами тычут.

 

Когда понятия подменены, вокруг только ложь, человек, у которого нет своих внутренних принципов, базы, высмеиваемых ныне духовных скреп, теряется и становится впечатлительной, легковозбудимой и податливой марионеткой. Пошлют на братоубийственную войну – побежит вприпрыжку. Потому что он дезориентирован и введен в заблуждение. Таких людей называют маргиналами и пассионариями – оторванными от корней, с зашкаливающими накрученными извне эмоциями. Цель в том и состоит – сорвать с фундамента всех, у кого он есть, и не дать заложить этот фундамент в подрастающее поколение.

 

Для чего же в принципе существует искусство? Разве для этого?
Веяние последнего времени – творцы, занимающиеся агрессивным самооправданием. Говорят, что искусство и художник никому ничего не должны. И продолжают клепать «шедевры», приводящие к деградации и выбиванию почвы из-под ног, вгоняющие тех, для кого они сняты, как минимум, в уныние и декаданс.

 

Исторически так сложилось, что искусство возвышает человека, делает лучше, честнее, порядочнее, изысканнее, учит видеть красоту, красиво жить. Оно дисциплинирует, воспитывает и просвещает, приводит в жизнь личности свет и гармонию. Основная задача искусства – побудить к чему-то хорошему, довести до катарсиса, помочь очиститься. В наши дни все происходит с точностью до наоборот.

 

Попытку хоть как-то, хотя бы локально исправить положение, мы видим на Международной Киноассамблее в Днепре. Организаторы собирают для показа документальные фильмы, несущие любовь, общечеловеческие и семейные ценности. Приглашают режиссеров, способных осознать, что они сеют и к чему это приведет. И пусть только раз в год и совсем немного горожан способны вместить залы Киноассамблеи, те, кто все-таки достал приглашение, есть надежда, на время обретают веру в гуманность и возможность будущего для нашей многострадальной цивилизации, а это уже немало.

 

НАСТОЯЩИЙ РЕЖИССЕР НЕ ТРАВИТ ЗРИТЕЛЯ

ПО МНЕНИЮ ИГОРЯ СОБКО, ИМЕННО ОТБОР, ПОСТРОЕННЫЙ НА ЛИЧНОМ КОНТАКТЕ С РЕЖИССЕРАМИ, ОПРЕДЕЛЯЕТ КАЧЕСТВО ПРЕДСТАВЛЕННЫХ КАРТИН И ВОСТРЕБОВАННОСТЬ КИНОФОРУМА

 

– Почему не художественное кино, а документальное?
– Документальное кино – это не игра, это задокументированная наша история, то, что останется на будущее. Свидетельство того, как жили в прошлом веке, как сейчас живут, как развивается или деградирует культура. Кто не знает своей истории, бегает по кругу и совершает одни
и те же ошибки.

 

– Не планируете расширять охват аудитории?
– Мы – как апостолы, они же весь мир просветили, но каждый имел свой удел. У нас свой удел, мы любим Днепр, живем тут и трудимся.

 

– До уровня Канн есть мысль дорасти?
– Не дай Бог до уровня Канн дорастать! Или до Голливуда. Если кто-то хочет получать призы, показывая фильмы не о ценностях семьи, а о том, что нет пола мужского и женского, – пусть едут в Канны.
Наша задача – предложить людям кино, которое будет им полезно, способное ответить на внутренние запросы души человека.
Главное – не статус. Даже об одном кающемся грешнике на небе бывает радость. Если с 1000-ю человек за три дня Киноассамблеи ничего плохого не случится, уже хорошо. Они просто культурно проведут время.
Неважно, до какого уровня мы дойдем. Самое главное – не нарушить то, что уже есть, не потерять доверие нашего зрителя, которым мы очень дорожим. Любящего и думающего, стремящегося и желающего что-то изменить, в себе прежде всего.

 

– Ваше отношение к фильмам, где специально нагнетается удручающая, беспросветно мрачная атмосфера, макропланом тягуче и гнетуще изображается невежество и порок? Насколько необходимо именно такое вскрывание язв?
– Настоящий режиссер не будет смаковать что-то нелицеприятное и травить этим зрителя. Зачем? Ты, как режиссер, не хочешь заразить его чем-то плохим. И не будешь снимать то, что вызывает ненависть. Не возненавидеть человек должен после просмотра, а полюбить. Любовь – это самый главный наш ориентир во всем, в отношении к детям, семье, работе, стране и нашему общему дому – планете Земля.

 

ПОВЕСТИ О НАСТОЯЩИХ ЛЮДЯХ
О движущих причинах и особенностях работы документалиста рассказала Арзу Уршан, режиссер из Азербайджана.

 

МОТИВЫ
Ты узнаешь историю какого-то человека и влюбляешься в его жизнь, долго копаешься в материале: архивы, знакомства с людьми, очевидцы. Ты должен знать об этом все, чтобы выбрать потом чуть-чуть, самое главное, – говорит Арзу.
Мы, документалисты, отвечаем за каждое слово на экране. Ты можешь снять несколько очевидцев одного и того же события, но у них будут свои, отличающиеся воспоминания, идущие вразрез с тем, что на самом деле происходило.
Ты подключаешь специалистов, консультантов, сам ищешь истину.
Кроме того, история должна быть актуальной, затрагивать то, что нас волнует сейчас, в нашей реальной жизни. Голая информация мне совершенно не близка, очень важно найти тему, нужную людям.
Когда ты готов, ты отдаешь кусок своей жизни, потому что увлечен, заболеваешь темой.
Мы снимаем только тогда, когда не можем не снимать. Формально работу документалиста невозможно сделать. Экран – это либо поток энергии, либо ее отсутствие, и зритель все видит. Просто рассказывать события нельзя, – получается газета на экране.
Я должна передать то, что меня захлестнуло, рассказать историю на таком эмоциональном уровне, чтобы каждый в зале почувствовал – это относится
к нему.
Кино – это искусство. Должна быть глубина, тонкость, мысль, сквозящая между кадрами.

 

О ЛЮБВИ
Если посмотреть мои фильмы, вы
в них увидите любовь. Любовь к истине или профессии до конца, до полной самоотдачи. Чтобы моего героя полюбил зритель, им должна увлечься, полюбить, узнать и понять я сама.

 

ОНЕГИН
В 2010 году вышел мой фильм «Храм для Онегина. После славы». Онегин Гаджикасимов – один из самых известных поэтов-песенников в СССР. Писал для Пугачевой, Антонова. Был очень богатым и знаменитым. В месяц получал 8 тысяч рублей в 70-е, отчего и стал изгоем, – зависть окру-
жающих его уничтожала.
Будучи на пике славы, он вдруг все бросает и открыто принимает православие в атеистической стране. От всего отказывается, все, что есть, продает и отдает храму. Уезжает в Оптину Пустынь и там принимает монашеский постриг.
И в Оптиной Пустыни повторяется та же история. Он был лидером на советской эстраде и стал духовным лидером на пути монаха. Его полюбили прихожане, ходили за ним толпами, приезжали люди со всех уголков Союза, только чтобы послушать.
В попытке понять, почему он это сделал, я проследила весь его жизненный путь.

 

СПОРТ
Интерес к спортивной тематике для меня самой стал неожиданностью, потому что я далеко не спортивный человек. Сначала я сняла фильм о столетии азербайджанского футбола. Пришлось очень серьезно и добросовестно изучать, что происходило на протяжении столетия. В итоге получилась спортивная перекличка с 12-м веком. Тогда была национальная игра с мячом – човган, о которой наш поэт Низами написал:
«Взгляни, дано мячу и падать
и взлетать.
Знай, всякий, кто упал,
поднимется опять».
Увлечение преодолением себя в спорте, дружбой и командной игрой вылилось в новый фильм о легендарных советских хоккеистах Харламове, Михайлове и Петрове. Рассказ о спорте на человеческом языке – через судьбы. В первую очередь я раскрываю характеры и как у человека, благодаря силе воли, складывается жизнь.
У каждого из нас есть свои мечты и та высота, к которой мы стремимся.
И я говорю о том, как им удалось достичь той высоты, которой они посвятили свои жизни. Какой ценой достигаются победы планетарного масштаба: через боль, через падения, через неверие и насмешки. Но мы к чему-то стремимся и снова встаем – это главное в жизни.

 

МЕЧТА
В моей мечте виноват Онегин. Об Онегине я не договорила очень многого, и теперь я хочу рассказать о нем от и до. Не в смысле биографии, а о его жизненной духовной трансформации. Это будет четырехсерийный игровой фильм о самом важном. О том, как герой задается вопросами, делает выбор, дорогой ценой преодолевает себя и становится настоящим человеком. Для первой серии уже написала сценарий – мечта потихоньку осуществляется.

 

КИНОАССАМБЛЕЯ
Нам, режиссерам, нужны глаза зрителей, возможность вынести на их суд свое творчество, увидеть реакцию.
Я всегда очень самокритична к себе и мне нужно понять, справилась ли, передала ли эмоцию, энергию? Мы же для зрителя делаем фильмы. И на фестивале ты получаешь возможность убедиться, что стоишь на правильном пути. Ведь наша профессия – это наша жизнь.
И еще один момент. Режиссеры общаются, делятся опытом, узнают, кто чем занимается, находят друг друга.
И потом мы стараемся не потеряться. Задача – не просто собраться и показать фильмы, Киноассамблея – это единение через искусство.

 

ПРОЕКТ В ДНЕПРЕ
Здесь, в Днепре у меня была очень хорошая встреча с Леонидом Иосифовичем Фурсенко – директором Днепровского академического театра драмы и комедии. И вот сейчас мы ведем переговоры о возможности постановки в этом театре спектакля по сценарию азербайджанского писателя Анара Рзаева «Юбилей Данте». История о талантливом актере, который посвятил всю свою жизнь сцене.

 

С огромной любовью
Олег ГАЕВОЙ





Понравилась статья? Расскажи о ней

Свежий номер

Популярное на isunity.com