• О развитии новой системы образования •

Соучредитель Школы «Афины», создатель Национальной ассоциации независимых школ Украины и наш партнер по созданию школы «Поколение свободы», Алексей Греков рассказал журналисту газеты «В поисках единства» о тенденциях и новациях в современном образовании и о том, кто и как может реформировать украинскую образовательную систему

— Свои шаги на пути к изменению образовательной системы Вы уже сделали. Ваша школа известна не только в Киеве, но и далеко за его пределами. А теперь Вы создали Ассоциацию независимых школ. Какова цель этого проекта? Защитить себя от гонений, найти единомышленников, поделиться наработанным?

 

— События последних лет дали толчок свободному поиску новых путей и возможностей для развития системы образования. Возникли неформальные сообщества педагогов, объединения родителей-сторонников домашнего обучения, появились образовательные центры и другие проекты, инициированные энтузиастами, в одиночку пытающимися нащупать выход из тупика. Каждый на своем участке знает, что делать. Но этих разрозненных усилий недостаточно для изменения инертной и неповоротливой системы.

 

Нужно объединяться, — но не для того, чтобы вместо одного иерархического монстра породить другой такой же. Нужно создавать плоскую сетевую структуру, состоящую из «узлов» — автономных, уникальных организаций-партнеров. Каждый «узел» сети — семейная школа, центр раннего развития, IT-проект — может использовать ресурсы других «узлов» — интеллектуальные, материальные, человеческие. Это будет сетевое сообщество, которое сильно именно своими различиями, а не унификацией.

 

— Создавая такую организацию, Вы, конечно, услышали восторг публики и гром аплодисментов?

 

— Нет, наоборот. Люди были озадачены: зачем это мне нужно? Каков мой корыстный расчет? Какую тайную цель я преследую, призывая к сотрудничеству?

 

— Почему?

 

— Потому что нас всех слишком часто обманывали, прикрывая неблаговидные замыслы красивыми словами. Трудно винить людей в подозрительности. Пока не появятся первые проекты, польза от которых будет очевидна, пока мы не найдем способ учитывать вклад каждого в общее дело, — «образовательная сеть» останется всего лишь красивой идеей.

 

Я, кстати, несколько раз предлагал разным людям взяться за создание такой сети, но все отказывались. Сами понимаете, организация чего бы то ни было «с нуля» — большая головная боль. Поэтому, в конце концов, пришлось самому стать мотором этой инициативы. Мы зарегистрировали это сообщество. Теперь перед нами стоит вопрос о работоспособности и жизнеспособности нашего объединения. Хочется, чтобы Ассоциация не стала еще одной «говорильней», мертворожденным детищем. Мне бы хотелось, чтобы независимые школы могли на паритетных началах обмениваться своими программами, новаторскими методиками и даже педагогами. Каждый может предложить сообществу свой образовательный продукт, и воспользоваться образовательными продуктами, созданными партнерами.

 

По сути — это образовательный краудсорсинг, способ совместного решения задач, неподъемных для одиночек. Ни одной отдельно взятой школе не по силам создать все программы по всем предметам, апробировать разнообразные методики и провести обучение учителей. Но это по силам сети независимых школ. Сетевое сообщество школ может стать одновременно и коллективной Академией педнаук, и коллективным Министерством образования. В этом моя тайная цель и мой корыстный интерес.

 

— Если бы Вы были министром образования земного шара, какие первые шаги по реформированию школьной и вузовской системы Вы бы сделали?

 

— Я бы не стал занимать такую должность. Министр — это чиновник, а я не бюрократ, я практик. Это во-первых. А во-вторых, унификация в образовании — это плохо. Я знаю детей, которые приходят к нам в школу, я знаю, чем живут их родители, я понимаю образовательный запрос семьи и знаю, какие шаги в этом направлении я могу и должен сделать. Но я не знаю, какой запрос предъявляют жители другого региона, родители другого социального статуса, дети, живущие, например, в Карпатских горах или в зоне АТО. Я не могу создать учебный курс, который был бы одинаково хорош для всех детей Украины.

 

Должны быть разные школы, разные авторские программы, привязанные к местным реалиям. В США каждый штат имеет свое министерство образования. В Канаде — каждая провинция работает по своему куррикулуму (стандарту). Да что там Америка! Даже Испания, меньшая по размеру, чем Украина, разделена на 17 автономных областей, и каждая имеет свое правительство, свое министерство образования и свои собственные образовательные стандарты.

 

Я последовательный сторонник автономии школ. Я выступаю за их разнообразие, а не унификацию.

 

 

И поэтому я предлагаю сделать 5 простых шагов, которые позволят превратиться гадкой гусенице нашего образования в прекрасную бабочку:

 

 

 

 

 

  1. Уравнять в правах школы — государственные и альтернативные.
  2. Узаконить домашнее обучение, без необходимости родителям оформлять фиктивный экстернат.
  3. Отказаться от государственной монополии на программы, учебники и формы контроля.
  4. Дополнить куцую систему стандартизированных тестов (пресловутое ВНО) обязательным представлением своего учебного портфолио.
  5.  И вообще — позволить экспериментировать всем, кто чувствует в себе силы и желание осуществлять образовательный эксперимент.

 

 

— Каковы, по-Вашему, тенденции в украинском образовании, сложившиеся в последнее время? Как Вы относитесь к попыткам реформировать существующую систему образования?

 

— Вот уже несколько лет я наблюдаю, как все явственней проявляются две взаимосвязанные тенденции.

 

Первая — это постоянное и всемирное ухудшение традиционной образовательной системы, причем любые реформы приводят к ее дальнейшей деградации. И это понятно. Представьте, что вы живете в ветхом доме, где штукатурка валится на голову. Это неудобно, но терпимо… пока вы не затеяли ремонт! Я думаю, многим знакома эта ситуация. Жить в таком доме совершенно невозможно, и хорошо, если у вас другое жилье, куда вы можете съехать на время ремонта.

 

К сожалению, у нашего образования другого «здания» нет, и это порождает вторую тенденцию. Родители «съезжают» из рушащейся образовательной системы кто куда, пытаясь самостоятельно создавать новые школы, студии, развивающие центры. Сам настрой родителей на проектирование новых образовательных пространств чрезвычайно перспективен. Этот подход позволяет нащупать новые форматы обучения детей, которым приходится расти, приноравливаясь к быстро меняющемуся миру. Наши дети с рождения осваивают планшеты и смартфоны и получают информацию буквально «на кончиках пальцев». Они живут в новой цифровой реальности. Это уже не виртуальный, а реальный мир для новых поколений. То образование, которое пытаются выстроить современные родители для своих сверхсовременных детей является вызовом устаревшему образовательному монстру. Вызовом дню сегодняшнему. И завтрашнему также.

 

— Но если даже профессионалы не могут изменить систему образования, — как могут непрофессионалы (родители, общественники) создать оптимальную систему обучения и воспитания детей?

 

— Давайте представим, что есть прогрессивные извозчики, которые поняли отсталость своих средств передвижения. Они хотят улучшить свое дело. Что они могут предложить? Лучше подковывать лошадей, изучить в тонкостях план города для быстрейшей доставки пассажира к месту назначения? Но увы! — пассажиры вообще отказываются ездить в экипажах, потому что появились паровозы и авто. На извозчиках двигаться в новый век уже никто не хочет.

 

Да, сейчас школы, созданные родителями, напоминают порой неуклюжие первые автомобили, но за ними — большое будущее.

 

Понимаете, существующая система образования поражена неизлечимой болезнью. Слишком много в ней людей случайных, ограниченных, некомпетентных, а иногда и таких, которых вовсе не следовало бы подпускать к детям. Этим своим утверждением я никак не хочу обидеть настоящих профессионалов, Учителей с большой буквы. Но чересчур долго в системе подготовки кадров для образования происходил процесс, который я называю «отрицательной селекцией». Что это значит?

 

Представьте себе молодого человека, который поступил в педвуз только потому, что не попал ни в какой другой. Нехотя он выучился чему-нибудь, а главное — как-нибудь. Желания идти работать в школу у него не было, а потому он нашел возможность остаться в вузе на кафедре. Со временем стал доцентом, преподавателем педагогики у нового поколения студентов, половина из которых также пришли в педвуз не по зову сердца. Чему он может их научить? Какие высокие идеалы передать?

 

Результат этой отрицательной селекции виден воочию. Шанс найти умного, образованного, доброжелательного преподавателя приближается к нулю. Это катастрофа. Люди, ставшие педагогами, не знают элементарных вещей, и даже резюме пишут с ошибками. Понятно, что таких мы на работу не берем, но ведь в какие-то школы они устраиваются! Впрочем, даже тех, кого мы берем, нам приходится доучивать.

 

— Получается, как у Райкина: забудьте вуз, как кошмарный сон!

 

— К сожалению, молодым педагогам особо нечего забывать. Они часто не знают возрастной психологии, не владеют методиками проведения занятий, не осведомлены, как выстроены образовательные системы других стран. Они даже не знают, где они могут это узнать. Одну соискательницу с красным дипломом мы спросили, известны ли ей какие-нибудь инновации в образовании. «Конечно! — с гордостью ответила она. — Педагогика Монтессори!» Но Мария Монтессори открыла свою школу в 1907 году! Прошло 100 лет, а для наших педвузов — это все еще инновация.

 

— Вы бы могли сформулировать Ваше педагогическое кредо?

 

— Мое кредо? Уф. Я даже растерялся. Об этом можно говорить либо долго и детально — либо отделаться общими словами.

 

Нет, я не буду говорить о любви к детям, о профессионализме, о человеческих качествах. Это подразумевается само собой. Это фундамент, основа для каждого настоящего педагога. Если у тебя этого нет, нечего и выходить к ученикам.

 

Но вот что для меня действительно важно: мы должны позволить себе совершать ошибки. У каждого должно быть право на ошибку. У ученика, у педагога. Только ошибки помогают нам развиваться, учиться и двигаться вперед. Как говорил Уинстон Черчилль, «успех — это движение от поражения к поражению со все возрастающим энтузиазмом». Это важная мысль. Это значит, что неудача — это не отклонение от курса, — это необходимая ступенька на пути к успеху. Поэтому я противник использования в педагогике девиза Гиппократа: «Не навреди!» Когда мы боимся совершить ошибку и бездействуем, мы этим вредим детям больше, чем когда действуем — и совершаем ее.

 

Дети не могут ждать, пока мы напишем гениальные учебники, придумаем идеальные методики, выстроим абсолютно правильную систему. Они живут здесь и сейчас и требуют, чтобы мы принимали решения здесь и сейчас, в режиме реального времени. Нам нужно верить в детей, верить в их мудрость и снисходительность к нашим ошибкам. Поэтому слоган Ричарда Брэнсона «К черту все! Берись и делай!» — пожалуй, это и есть мое истинное кредо. Так я чувствую, так я живу.

 

интервью у Алексея Грекова брала Галина Пулина

galinapulina@gmail.com



Понравилась статья? Расскажи о ней

журналист, преподаватель литературы

galinapulina@gmail.com

Свежий номер

Популярное на isunity.com